• На главную
  • Написать письмо
  • Russian
  • English

Статья о В.И. Дидилове в сборник Созвездие том 5

Кажется Плутарх первым сказал (за ним это повторялось многократно), что когда истории требуется человек, она его находит. И это касается не только императоров и полководцев. Каждый из нас в иной ситуации на своем месте может получиться Цезарем или Нероном для своего дела – и спасти его или погубить.

Герой нашего рассказа – Владислав Иванович Дидилов стал ярким представителем нового поколения управленцев-технократов пришедших на смену руководителям-хозяйственникам. Профессионал, ставший у руля завода в труднейший период его истории.

Сюда, на завод, он впервые пришел в 1968 году, девятнадцатилетним, чтобы затем, отслужив в армии, снова вернуться к любимой работе. В его трудовой книжке всего две записи о приеме на работу. И обе они – на один и тот же завод. Тогда, в 1968 году, он именовался ММПО «Знамя революции». После армии Славу приглашали в различные отделы, но он твердо решил «буду заниматься разработкой электроники». Время показало, что он был совершенно прав. Электроника была именно той темой, которая очень скоро стала основной в разработке новых систем автоматики.

Как говорит его первый начальник Владимир Маркович Гельфанд, сейчас начальник отдела стандартов: «Он был очень талантлив: и как рабочий, и как инженер, и как организатор производства, а потому исключительно быстро продвигался по служебной лестнице. Я считаю, что каждый человек должен состояться в лучшем смысле этого слова, то есть максимально использовать те возможности, которые отпущены ему природой. Как любил повторять Наполеон, «В ранце каждого солдата лежит маршальский жезл, но не каждый способен достать его оттуда». Дидилов нашел свой жезл, и если бы не такая короткая жизнь, невозможно даже и представить, куда бы могла привести его судьба».

С 1972 года Дидилов работает в КБ промышленной электроники, созданном и руководимом Миловановым Николаем Алексеевичем. Это конструкторское бюро занималось проектированием оборудования для стендов, электроники, программ для станков с ЧПУ и прочего подобного по заказу своего предприятия. Сами проектировали, сами налаживали и отрабатывали, сами и выпускали – если это были индивидуальные заказы или малая серия. КБ организовали в феврале, а в декабре в него пришел Дидилов.

Рассказывает Н.А. Милованов: «Пришел молодой симпатичный парень. Работал радиомонтажником. Я увидел, что работник он достаточно толковый, грамотный, с чувством собственного достоинства. У него начался конфликт с мастером. Мастер такой, знаете, полуграмотный производственник с малоприятным характером, привыкший помыкать такими же не много знающими рабочими, а тут – поди ж ты – грамотный попался… по этому случаю я распорядился, чтобы по всем вопросам Слава обращался непосредственно ко мне, минуя мастера. Так мы вместе и работали с тех пор: я разрабатывал прибор, он – макетировал, отлаживали вместе и выдавали в производство». Здесь стоит отметить присущую Дидилову типично мужскую черту характера: если он с кем-то сработался или сдружился, то это – навсегда. Как бы не возносила и куда бы не забрасывала жизнь. И люди платили ему тем же.

Таким образом, Дидилов стал еще и наладчиком. Через года полтора – два он переходит в отдел главного механика и становится там сразу старшим инженером. За время работы в КБ он окончил вечерний факультет ВЗМИ. Нужно сказать, что инженером Слава Дидилов решил стать еще до прихода на завод. В 1966 году он поступил на факультет систем управления МАИ, но жить вдвоем с матерью и учиться на дневном отделении одного из самых сложных отечественных институтов оказалось очень тяжело даже для выпускника престижной московской спекцшколы. Потому он и пошел на завод, а после призыва и службы восстанавливался уже на вечернем отделении ВЗМИ, благо этот институт ближе к предприятию.

Птицу видно по полету. Старшим инженером Дидилов стал уже в 1976 году, еще не имея высшего образования. Он настолько глубоко и хорошо знал свое дело, что диплом в 1977 году стал лишь подтверждением того факта, что он высококвалифицированный, грамотный специалист. В том же году он был назначен заместителем главного механика завода.

В 1978 году Дидилов организовал и возглавил цех по наладке, эксплуатации и ремонту станков с ЧПУ. Владислав Иванович прекрасно знал эту тему, разбирался в ней. На тот момент на заводе таких станков было уже более 400 единиц – уникальное явление в нашей авиационной промышленности, да, наверное, и в любой другой отрасли. Работа цеха была организована в две смены: «Знамя революции» - серийный завод и, чтобы обеспечить функционирование всего существующего парка техники, трудиться надо было много. Коллектив цеха очень уважал Дидилова. Человек волевой, строгий, с твердым характером не имел любимчиков и людей свободных от критики. Он не позволял себе никакой фамильярности, с уважением и заботой относился к людям. Организованный и возглавленный Дидиловым цех был всегда в числе лучших на заводе, чем Владислав Иванович всегда очень гордился.

Как наиболее грамотного специалиста в 1980 году Владислав Иванович был направлен в Италию принимать для оснащения производства «Знамени Революции» и других заводов обрабатывающие центры «Горизон-24» фирмы «Оливетти» При этом он показал себя исключительно принципиальным и грамотным инженером. Прекрасно зная работу станков, не давал «добро» на прием оборудования даже с небольшими заводскими недоработками, из-за чего чуть ни разгорелся скандал. Внешторговские чиновники написали кляузу на завод с целью дискредитировать неуступчивого «спеца», якобы саботирующего поступление в СССР столь необходимого оборудования. Понимая значение и серьезность выполняемой Дидиловым работы, Иван Иванович Румянцев, генеральный директор завода «Знамя революции», разобрался в этом быстро: «Все правильно. Пусть работает, как работал».

И опять Владислав Иванович проявил себя незаурядным человеком, он не просто блестяще справился с поставленной задачей, но и в интересах дела в совершенстве овладел итальянским языком.

Надо сказать, что Иван Иванович вообще очень ценил Дидилова, видел в нем талант и богатый потенциал. Дидилов был одним из немногих людей на заводе, который мог отстоять свою точку зрения в споре с Румянцевым. Ведь все заводчане знали, как не любил бывший первый секретарь МК партии выпадов в свой адрес. В свою очередь Владислав Иванович тоже с большим уважением и почитанием относился к своему руководителю и даже назвал в честь него единственного сына.

По возвращении из Италии Дидилов продолжил успешно возглавлять созданный им цех. И возглавлял его до 1988 года.

В начале марта 1988 года в связи с производственной необходимостью Дидилов получает новый фронт работ. Его назначают начальником механического цеха. Дело это для Владислава Ивановича тогда было малознакомым, а поэтому достаточно сложным. Но Дидилов был не из тех людей, которые боятся трудностей. Талант руководителя, целеустремленность, неукротимая энергия, гибкий ум позволили ему и здесь успешно справиться с поставленной задачей. За достаточно короткий срок ему удалось вывести цех на передовые позиции. Успешно выполнять и перевыполнять производственный план, соблюдая все технологические процессы и давая на выходе продукт высокого качества и надежности.

Всего около двух лет Дидилов возглавлял механический цех, после чего получил новое назначение: должность Заместителя генерального директора по производству. На этом поприще Владислав Иванович опять проявил свои уникальные качества руководителя, успешно справляясь с поставленными задачами.

Заместителем Генерального директора по производству Дидилов проработал недолго. В 1992 году скоропостижно скончался Иван Иванович Румянцев и завод стал перед проблемой дальнейшего существования. Настал период тяжелейших испытаний для коллектива предприятия.

Смерть Румянцева совпала с моментом значительных, исторических событий, происходивших тогда в нашей стране. Развал Советского Союза, смена приоритетов в политике, потоки импортных товаров, хлынувших из дальнего зарубежья, привели экономику стран СНГ к системному кризису. В тяжелом положении оказалась и оборонная промышленность России. Бешенная инфляция, резкое удорожание энергетических ресурсов, отсутствие государственного заказа, срыв контрактов- вот те проблемы с которыми столкнулся коллектив завода в начале 90-х.

Стало понятно, что чтобы спасти завод и вывести его из кризиса, необходим грамотный и смелый руководитель. Кандидатуры было две: Главный инженер Евгений Иванович Борисов, в поддержку которого выступили профсоюзная и партийная организации и Заместитель генерального директора Владислав Иванович Дидилов. За кандидатуру Дидилова выступила инициативная группа, состоящая из 29 человек руководителей подразделений завода и ведущих специалистов. Эти люди сплотились вокруг Владислава Ивановича с целью добиться от министерства, чтобы директором стал именно он. Они как никто другой понимали, что Дидилов именно тот человек, который способен справится с тяжелейшим положением и спасти общее дело. Инициативной группой было составлено письмо на имя Заместителя министра авиационной промышленности Братухина Анатолия Геннадьевича (он тогда курировал авиастроение в Минпроме РФ), в котором просили назначить генеральным директором Завода «Знамя революции» Дидилова Владислава Ивановича.

К счастью тогда было недолгое время реальной производственной демократии, когда, при сохранении структуры управления производством, работающие сами могли как-то повлиять на ход дел. Просьба инициативной группы была рассмотрена и удовлетворена. Приказом №121/к по МАП от 28 октября 1992 года за подписью А.Г.Братухина, Дидилов Владислав Иванович был назначен на должность Генерального директора ММПО «Знамя революции».

Вот как вспоминает эти события Владимир Михайлович Федоров, Начальник управления подготовкой производства ОАО «МПО им. И. Румянцева», а в то время – начальник Алтуфьевского механического завода – филиала «Знамени революции»: «Нас поддержали работники ОКБ, начиная с Виктора Ивановича Зазулова. который был там генеральным конструктором. Группа собралась в кабинете начальника 10-го цеха. Все прекрасно понимали, на что идем: в случае неудачи нам всем на заводе не работать… Люди все разных возрастов, с разным стажем работы на заводе. Самым молодым был Дидилов. Он сказал нам, что согласен быть директором, если одновременно с тем будет назначен главным инженером Пискунов Александр Александрович, в то время – главный технолог. Письмо, которое мы написали было приблизительно следующего содержания: Заместителю министра авиационной промышленности Братухину А.Г. В связи с необходимостью назначения Генерального директора на наш завод считаем: на эту должность должен быть утвержден Заместитель генерального директора по производству Дидилов В.И По нашему мнению, в той ситуации, которая сложилась на нашем предприятии, кандидатура Дидилова В.И. является единственно правильной и будет поддержана коллективом завода. Внизу были поставлены подписи членов инициативной группы.

Через некоторое время нас вызвали в Министерство. Братухин принял нас всех, усадил у себя в кабинете и заставил каждого встать и сказать, почему он за кандидатуру Дидилова и что он ждет от этого назначения. Все высказались. После в министерстве было обсуждение, в результате которого Владислав Иванович был назначен на должность Генерального директора. На наше счастье и общее благо».

Стать директором завода в то время – далеко не почетная обязанность. На долю Владислава Ивановича пришелся очень трудный период. Было необходимо сохранить оборудование и квалифицированные кадры в условиях практически полного отсутствия финансирования.

Приступив к работе Дидилов сразу же определил, что основной областью работы предприятия остается авиация, но при этом необходимо было искать новые решения в организации производства и сбыта продукции. Он говорил: «При отсутствии авиационных заказов, мы должны загрузить производство любой работой, близкой по профилю к тому, что мы делали. Только бы люди не разучились работать, получать деньги за свою работу и быть ответственными за то, что они сделали». Главное, что исходить надо из того, что здесь умеют делать агрегаты, умеют это лучше многих (если не лучше всех), а поэтому, это – именно то поле, какое и надо пахать. Но на вспаханном поле можно посадить разные культуры; был бы спрос на них. Предложений было очень много, но далеко не все они реально позволяли достичь воплощения основной идеи: сохранить завод и позволить существовать работающим на нем.

Положение дел на заводе обязывало Дидилова быть последовательным, решительным и твердым в осуществлении принятых решений. Решений часто болезненных, но оправданных интересами дела.

Так, в новых условиях стало невозможным иметь прежнее штатное расписание. Пришлось пойти на сокращение. Дидилов очень болезненно все это переживал, зная отлично практически каждого сотрудника завода. Кроме того, от завода отошел филиал в Гаврилов Яме, значительно сократился автопарк.

В результате проведенных мероприятий Владиславу Ивановичу удалось сохранить производство, кадры, избегать задержки выплаты зарплат, и даже сохранить объекты социальной сферы. С последними было особенно тяжело, так как экономика завода не выдерживала тех затрат, которых требовало содержание социальных объектов. Но Дидилову все-таки удалось справиться и с этой проблемой, благодаря чему сотрудники предприятия и сегодня могут пользоваться своим Комбинатом питания, медсанчастью и оздоровительным комплексом «Зеленый бор».

При Дидилове на заводе началось освоение новых изделий. При этом, пришлось пойти на то, чтобы совместно с ОКБ участвовать в разработке и доведении до серийного производства новых агрегатов. Здесь взяли задумки Омского ОКБ и совместно с ними стали доводить их до серии. В таком же режиме предприятие работало и с ОКБ «Рубин» из Балашихи. Тогда же началась работа над системами автоматики для газотурбинных станций Газпрома по проектам ОКБ ЭГА.

Талант, нестандартность мышления, умение сплотить вокруг себя единомышленников позволили Владиславу Ивановичу спасти завод, вывести его из кризиса, сохранить людские и технические ресурсы. Недаром коллеги отзываются о нем, как о неординарном человеке. Ему было свойственно все, что свойственно очень хорошему человеку. Он по жизни был прирожденным лидером: целеустремленным, напористым, мощной натурой; умел правильно выбирать изо всех возможных целей только реальные и всегда добивался решения поставленной задачи. Делал это без интриг и конфликтов, оппонентов Дидилов умел убеждать силой своей логики. Он внимательно относился к работникам: занимался бытом заводчан, помогал решать квартирные вопросы, организовывал во времена всеобщего дефицита какие-то бартерные обмены. В любой обстановке он не терялся, умел находить общий язык с разными людьми: и по положению, и по уровню развития, и по культурному уровню. Он любил машины, водитель был прекрасный. Руки были золотые: ремонтировать мог любую технику. Очень любил животных: у него дома собаки были, и на даче своей под Яхромой «одомашнил» и приручил даже здоровенную бродячую овчарку. Она у него там так и жила как на своем участке, только Владислава Ивановича за хозяина и принимала. Чувствуют животные настоящего, доброго человека.

Умер Владислав Иванович 15 ноября 2001 года. Ему было всего 52 года. Это стало большим потрясением для работников предприятия. Его коллеги сильно переживали эту утрату. Пробыв на посту Генерального директора всего 9 лет, как много он успел сделать. За такой недолгий срок ему удалось не только сохранить уникальный опыт и производственную базу для выпуска сложнейших агрегатов, но и создать команду единомышленников, способную продолжить его дело. Нынешний директор завода Леонид Марксович Халфун, на протяжении нескольких лет проработал в команде Владислава Ивановича, принимал непосредственное участие в выводе завода из кризиса. Сегодня, он достойно продолжает дело Дидилова, используя все свои знания и опыт для развития и процветания родного предприятия.

Не так давно, недолгое, но очень яркое руководство Владислава Ивановича было бы темой для модных в советские времена «производственных романов». Не популярна нынче такая литература, но жизнь-то у нас одна, та, что идет в настоящее время. Вечный вопрос о смысле жизни имеет какое-то значение именно в применении к прожитому: что еще не случилось, то и не в нашей власти. А какой будет повесть нашей жизни, зависит от нас. И переписывать ее, не дано никому.